Допустимая экономическая самооборона

11.08.2017 1 808

Полиция охраняет Европейский центральный банк. Фото: AFP

США и Китай ведут агрессивную инвестиционную политику на внешних рынках. В 2016 г. иностранные инвестиции американских компаний составили 312 млрд долл. (Бюро экономического анализа), китайских — 246 млрд долл. (Bloomberg). Эти показатели сделали две страны мировыми лидерами по зарубежным сделкам. При этом и США и Китай сохраняют протекционистскую политику на внутреннем рынке.

Такой подход ставит европейские компании в невыгодное положение. Оставаясь объектом внимания со стороны конкурентов и инвестиционных фондов, ищущих не только экономические выгодны, но и доступа к технологиям, они в то же время часто не могут отвечать аналогичными контрпредложениями.

Эта ситуация заставила отдельные страны вынести на уровень Евросоюза вопрос о защите компаний в ключевых секторах от излишнего интереса извне. В конце июня саммит ЕС должен был стать отправной точкой для выработки общеевропейского ответа, чтобы, как говорилось в его коммюнике, «справиться с несправедливыми и дискриминационными торговыми практиками и искажениями рынка».

Принятию согласованной действенной позиции помешали как разногласия между отдельными странами, так и нежелание Еврокомиссии брать на себя функции централизованного регулирования в вопросах, где едва уловима тонкая грань между национальной безопасностью и ограничением конкуренции. Члены ЕС договорились только продолжать дискуссию, тем самым подтолкнув наиболее активных из них к тому, чтобы продолжать улучшать свою экономическую безопасность самостоятельно.

Фото: AFP

Франция

Во Франции защита стратегических секторов — часть более широкой концепции «экономического патриотизма». Правительства, независимо от партийной принадлежности, привержены поддержке отечественных производителей и потребления отечественных товаров. Более того, левые и правые партии едины в этом вопросе.

С 2005 г. в стране действует постановление, определяющее перечень важнейших секторов, где потенциальному инвестору для сделки требуется получить одобрение государства, которое может выдвигать свои условия. В 2014 г. список был расширен.

В ходе предвыборной кампании весной 2017 г. Эммануэль Макрон в отличие от остальных кандидатов отстаивал идею не национального, а общеевропейского ответа иностранным инвесторам. По его словам, единая система контроля была бы необходима, чтобы обеспечить честную конкуренцию между европейскими и неевропейскими компаниями.

Именно он, несмотря на опасения инвесторов и бизнесменов, вместе с Германией инициировал обсуждение принципов и механизмов такого контроля уже на первом своем саммите ЕС.

Фото: DAPD

Германия

В Германии контроль иностранных инвестиций появился в 2004 г., но в тот момент распространялся только на сектора и компании, имеющие прямое отношение к национальной безопасности. Изменения 2009 и 2013 гг. расширили перечень компаний и секторов, сделки в которых требовали согласования правительством в случае предполагаемых угроз национальной безопасности или общественному порядку. Однако ограничения на практике не применялись.

В последние два года правительство было серьезно озабочено активностью китайских инвесторов на национальном рынке. В результате с осени 2016 г. стали регулярно появляться предложения ввести механизмы, которые бы препятствовали попаданию технологий и технологических компаний в руки китайского бизнеса.

Очевидным образом, большие ожидания были связаны с саммитом ЕС. Именно после неудачи там, в середине июля, Германия оперативно приняла поправки в постановление о регулировании внешнеэкономических связей, позволяющие правительству обеспечить «честную конкуренцию и улучшенную защиту» отечественных компаний в ключевых секторах. Особое внимание было уделено защите компаний, работающих в сфере информационных технологий.

Поправки увеличили время аудита сделки с двух до четырех месяцев. Кроме того, теперь будет тщательнее изучаться возможность непрямого поглощения (когда сначала компания приобретается некоей организацией внутри ЕС и только потом над ней получает контроль структура, находящаяся за пределами Евросоюза).

Фото: ANP

Нидерланды

Дискуссия о новых мерах по защите важнейших компаний от излишнего иностранного внимания продолжается в стране с 2013 г. В апреле 2014 г. рабочая группа Министерства безопасности и юстиции выпустила доклад «Между наивностью и паранойей: вопросы национальной безопасности при иностранных поглощениях и инвестициях в ключевых секторах». Тогда специалисты пришли к выводу, что геополитические риски выросли, но имеющийся уровень защиты достаточно высокий и необходимости, например, в новом законе об инвестициях нет.

По прошествии трех лет актуальность вопроса только выросла, но единства мнений не появилось. С одной стороны, как отмечает газета NRC, «“национальные интересы” перестали быть ругательством» и крупнейшие партии поддерживают идею улучшить защиту критически важного бизнеса. С другой, по-прежнему существует мнение, что «Нидерланды — это Вальхалла» (NRC), где бизнес может чувствовать себя в безопасности.

Доходит даже до противостояния инвесторов. Так, банк ING в конце апреля зафиксировал, что большинство инвесторов в Нидерландах против того, чтобы иностранцы получали контроль над действующими здесь публичными компаниями и поддерживают устремления правительства в этой связи. А международные инвесторы в середине июня через британскую Financial Times осудили инициативы голландского правительства.

Фото: PA

Великобритания

Хотя в Великобритании пока нет отдельного закона, который бы ограничивал именно иностранные инвестиции, есть достаточно широкий перечень случаев, когда в сделках предполагается надзорное участие правительства или отдельного регулятора. Закон 2002 г. объединяет их критерием общественной значимости. Это, среди прочего, увязка с вопросами национальной безопасности или приобретение экономически важной компании. Одобрение регулятора требуется, например, в финансовом секторе.

В последние два года обеспокоенность активностью иностранных инвесторов стала заметнее. В 2016 г. государство ужесточило контроль за инвестициями в гражданскую атомную энергетику, включая оценку структуры собственности с точки зрения национальной безопасности. В мае 2017 г., в своей предвыборной программе, правящая Консервативная партия обещала усилить надзор за иностранными инвестициями в критически важную инфраструктуру. Среди секторов назывались телеком, оборона и энергетика.

Наконец, уже после саммита ЕС газета Financial Times со ссылкой на аппарат премьер-министра сообщила, что правительство «нацелено следовать в русле европейских усилий» и тщательнее изучать планируемые инвестиции, прежде всего из Китая.

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране