Беларусь и Туркменистан не поделили ответственность за комбинат

10.10.2016 907
В мае 2016 г. президенты Туркменистана и Беларуси Гурбангулы Бердымухамедов и Александр Лукашенко встретились в Минске, где даже инициировали новый совместный проект - посадили ель. Фото: пресс-служба президента РБ

В мае 2016 г. президенты Туркменистана и Беларуси Гурбангулы Бердымухамедов и Александр Лукашенко встретились в Минске, где даже инициировали новый совместный проект — посадили ель. Фото: пресс-служба президента РБ

В конце сентября — начале октября Беларусь и Туркменистан неожиданно начали в резкой форме обвинять друг друга в невыполнении обязательств при строительстве Гарлыкского горно-обогатительного комбината (ГОК), являющегося основой белорусско-туркменских экономических отношений. Впрочем, по данным Europe Insight, проблемы могут объясняться тем, что Беларусь изменила свое отношение к проекту.

История туркменской «стройки века»

Долгое время Туркменистан делал ставку только на нефть и газ. Лишь в последние годы начались попытки диверсифицировать добывающие отрасли, для чего кстати пришелся опыт Беларуси, которая зарабатывает на экспорте калийных солей миллиарды долларов ежегодно.

В Туркменистане тоже есть калийная соль — Гарлыкское месторождение в Лебапском велаяте (области) на северо-востоке страны. По мнению геологов, срок отработки его запасов по первому типу качественного состава руд — 45 лет.

Однако собственных технологий добычи калийных солей — как и требуемого оборудования — у Туркменистана никогда не было. Зато они есть у Беларуси. В 2009 г. госконцерн «Туркменхимия» и ОАО «Белгорхимпром» подписали рамочное соглашение о строительстве Гарлыкского ГОК. В том же году президенты Гурбангулы Бердымухамедов и Александр Лукашенко заложили памятную капсулу в основание предприятия.

Впрочем, сам контракт на проектирование и строительство под ключ ГОКа на сумму более 1 млрд долл. был подписан только в 2010 г. Он предусматривал строительство белорусским подрядчиком основных и вспомогательных участков мощностью 1,4 млн т калийных удобрений в год на площади более 100 га. Предполагалось, что ГОК будет производить ежегодно 0,6 млн т гранулированного хлорида калия и 0,8 млн т мелкозернистого. Новое производство позволило бы полностью обеспечить потребности Туркменистана в калийных удобрениях и наладить их экспорт в объеме до 1 млн т в год.

Вначале пуск в эксплуатацию первого в туркменского объекта горно-химической промышленности был намечен на январь 2015 г. Потом его отодвинули на 31 марта 2017 г. По словам строителей, «там с самого начала все пошло не так». Причем настолько, что в сентябре 2012 г. проблему на повышенных тонах обсуждали вице-премьеры Беларуси Анатолий Калинин и Туркменистана Баймырат Ходжамухаммедов.

Официальные заявления: информационный туман

Снова конфликт оказался вынесен на публику в 27 сентября этого года: спикер верхней палаты белорусского парламента Михаил Мясникович «пригласил для беседы» посла Туркменистана Назаргулы Шагулыева. «Михаил Мясникович выразил крайнюю обеспокоенность в связи с продолжающимся несоблюдением туркменской стороной взятых на себя финансовых и иных обязательств по реализации проекта строительства Гарлыкского горно-обогатительного комбината. Было подчеркнуто, что этот фактор, а также многочисленные препятствия, в том числе субъективного характера, с которыми сталкиваются белорусские строители, негативно влияют на ход строительства», — описывала встречу парламентская пресс-служба.

Едва ли не впервые в истории белорусской дипломатии в такой ситуации прозвучала ссылка на «препятствия субъективного характера».

Буквально через день в Туркменистан отправилась белорусская делегация, которую возглавил вице-премьер Анатолий Калинин. И тут уже неприятные слова пришлось выслушивать белорусским представителям. «Туркменской стороной была выражена крайняя обеспокоенность в связи с несоблюдением белорусской стороной взятых на себя контрактных обязательств, — сказано в распространенном через СМИ официальном заявлении. — Были приведены конкретные факты значительного отставания от запланированных сроков строительства по отдельным объектам, являющимся важными составными частями инфраструктуры комбината». Туркменистан упрекнул Беларусь в том, что «до сих пор не представлена информация о сроках поставки оставшейся части оборудования» и в задержке выплаты зарплаты туркменским гражданам.

Пока конфликт «повис в воздухе»: туркменская сторона требует срочного завершения строительства Гарлыкского горно-обогатительного комбината, белорусская сторона же ждет, пока на ее счета поступят деньги. Впрочем, 5 октября заместитель главы МИД Беларуси Валентин Рыбаков заявил, что Гарлыкский ГОК может быть сдан вовремя, но для этого «придется напрячься».

Что говорят очевидцы и специалисты

«На месте строительства целый жилой городок поставили — до десятка зданий. Общежития рабочих, блочные “казармы” инженеров и руководства, две столовые, медпункт и все прочее. Строительство само по себе ничем необычным не выделялось, если, конечно, не считать особенностей туркменского климата — очень жарко днем, очень холодно ночь», — рассказывает белорусский инженер Владимир Сенявский, который работал на строительстве ГОК в мая по август 2016 г.

По его словам, нормальной работе препятствуют два обстоятельства. Во-первых, пагубные привычки местных рабочих. «Менталитет работников сильно отличается, конечно. Приехавшие на вахту белорусы вкалывают да еще и командировочные стараются сэкономить — на питании, например. А местные особо работать не хотят. Зато постоянно закидываются насваем (некурительный табак. — прим.), он на стройке настоящей проблемой стал», — сказал он Europe Insight.

Во-вторых — «советская тяга к датам», которая оказалась общей для обеих сторон. По словам Сенявского, руководство ставило задачу начать первую проходку по добыче калийной руды к Дню шахтера, который отмечается 19 августа, несмотря на то, что для этого не было ничего готово. В итоге формально задача была выполнена, но ускоренные темпы сказались на качестве, из-за чего «потом все переделывать надо будет».

«На самом деле строительство Гарлыкского ГОК для самой Беларуси — это очень странный проект. На него согласились даже не по той причине, что рассчитывали быстро заработать, а потому что в правительстве сообразили, что за счет этого проекта можно быстро поднять показатели по экспорту в горнодобывающем секторе, — рассказал Europe Insight источник в Министерстве природных ресурсов и охраны окружающей среды Беларуси. — Но прошло не больше года, и уже другие люди сообразили другое: что мы сами себе создаем мощного конкурента на рынке хлористого калия да еще и под боком у двух крупнейших наших покупателей — Китая и Индии! Схватились за голову и начали думать, что делать. От контракта никуда не денешься, и потому решили его как бы выполнять, но на самом деле — саботировать. Отсюда и весь конфликт по итогу пошел».

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране