Китайское искушение Беларуси

04.10.2016 1 875
Президент Беларуси Александр Лукашенко и председатель КНР Си Цзиньпин. Фото: сайт президента РБ

Президент Беларуси Александр Лукашенко и председатель КНР Си Цзиньпин. Фото: сайт президента РБ

Совсем недавно, 30 сентября, завершилась очередная поездка Александра Лукашенко в Китай. Официальный Минск демонстрирует, что полностью доволен достигнутым результатом. Более того, складывается впечатление, что президент принял для себя принципиально важное решение: белорусская власть готова преобразовывать себя по китайской модели.

В последнее время белорусское руководство в своих внешнеэкономических связях стремится подчеркнуто ориентироваться меньше на Россию и больше — на Европу и Китай. Последний готов вкладывать деньги, не требуя ни экономических, ни политических реформ. В ходе сентябрьского визита Александр Лукашенко и Си Цзиньпин подписали в Пекине пакет договоров и меморандумов, предусматривающих еще больший объем вложений Китая в белорусскую промышленность. Китайские инвесторы получат доступ ко многим стратегическим предприятиям, которые до сих пор не приватизировались. В настоящее время известно о списке из 25 компаний, представляющих различные сектора (промышленность, энергетика, строительство, сельское хозяйство). Кроме того, в стране должен появиться по сути китайский анклав — грандиозный технопарк «Великий камень» под Минском.

Все это заставляет многих размышлять о том, как столь масштабное участие Пекина скажется на экономической и политической жизни страны.

Примирить группировки внутри власти

Политологи давно говорят о том, что в «недрах» белорусской власти есть группа высших чиновников, готовых трансформировать экономику Беларуси по рыночным лекалам в обмен на собственность и социальный лифт в евроструктурах. В тех же «недрах» есть и группа, стремящаяся к сохранению нынешней модели (при которой гарантировано политическое доминирование Александра Лукашенко и его окружения) и желающая потихоньку отплыть от России без резкого разрыва связей.

Эти две группы неофициально называют «реформаторы» и «охранители». Первая сформировалась в декабре 2014 г., когда на фоне финансового кризиса глава Беларуси перетасовал правительство и свою администрацию. В обе структуры вошли молодые экономисты-рыночники с хорошим образованием и современными взглядами. Сегодня к группе «реформаторов» причисляют Николая Снопкова (экс-министр экономики, сейчас — замглавы администрации президента), Кирилла Рудого (до недавнего времени помощник президента по экономики, сегодня — посол в Китае), первого вице-премьера Василия Матюшевского, замминистра экономики Александра Заборовского, а также все руководство Нацбанка во главе с Павлом Каллауром.

Именно они хотели и были готовы запустить экономические реформы во многом по той модели, которую давно предлагает Беларуси МВФ — с полной оплатой населением услуг ЖКХ и транспорта, с уходом от перекрестного субсидирования, активным развитием частного бизнеса, банкротством и реструктуризацией убыточных госпредприятий.

«Реформаторам» в президентском окружении противостояли «охранители», к которым условно относится все аграрно-промышленное лобби в правительстве (вице-премьер Владимир Семашко, министр сельского хозяйства Леонид Заяц, вице-премьер Михаил Русый и поддерживающий их экс-премьер Михаил Мясникович, ныне — спикер верхней палаты парламента). Сюда же стоит отнести всех руководителей силовых ведомств. «Охранителей», выступающих за консервацию нынешней социально-экономической модели, также активно поддерживают местные власти, не горящие желанием сокращать бюрократические аппараты и привыкшие к денежным трансфертам из центра (из 118 районов республики 115 являются дотационными, из них в 53 районах объем дотаций превышает 50% доходной части бюджета).

Сам же Александр Лукашенко до недавнего времени колебался между двумя описанными группами. Он то говорил о «приемлемости» требований МВФ и даже пошел на резкое повышение коммунальных тарифов в начале 2016 г. (а также поднял возраст выхода на пенсию), то заявлял, что нынешняя белорусская модель — почти идеальна, и ее надо лишь немного «совершенствовать».

С одной стороны, экономика не позволяет откладывать реформы. Прежнего потока доходов от продажи калийных солей и нефтепродуктов уже нет. Россия все менее охотно поддерживает финансами и отказывается поставлять дешевые газ и нефть. МВФ тоже не торопится с выдачей дешевых кредитов. Остаются китайские кредиты и инвестиции, но и они — не волшебная палочка.

Остается развивать частный бизнес. Однако прежде Лукашенко боялся это делать. Он хорошо понимает, что появление в стране большого количества людей, финансово не зависящих от государства, «размоет» его электоральную базу. И выступать единственным гарантом «чарки и шкварки» для людей, которые кормятся с собственного бизнеса, уже не получится. Именно эти соображения все 22 года правления Лукашенко обусловливали его политику консервации экономики советского образца с преобладанием госпредприятий и обещаниями «пожать руку последнему бизнесмену» (как он заявил в 2005 г.).

Решение для экономики

Выходом для руководства страны может стать реализация китайской модели преобразований. То есть дать свободу частному бизнесу, но при этом сохранить в неприкосновенности политическую систему с единогласно голосующим парламентом (попавшие в него две женщины-оппозиционера станут исключением, подтверждающим правило), всевластными и щедро финансируемыми силовыми структурами и сильно урезанными социальными гарантиями (медицина и образование в Беларуси де-факто быстро становятся платными, безработица стремительно растет, пенсионный возраст повышается). Такой подход, помимо прочего, позволит примирить до сих пор враждующие чиновничьи группировки — «реформаторов» и «охранителей». Первые получат желаемые ими экономические реформы, вторые — сохранят власть, порядок в стране и желанную незыблемость политической системы.

Александр Лукашенко приветствует китайскую делегацию. Фото: сайт президента РБ

Александр Лукашенко приветствует китайскую делегацию. Фото: сайт президента РБ

«Первый, но принципиальный шаг по переходу к китайской модели реформирования экономики был сделан недавно, когда глава верхней палаты белорусского парламента Михаил Мясникович заявил, что в Беларуси необходимо ввести патентную систему для самозанятых. По его мнению, такая система позволит легализовать индивидуальную трудовую деятельность… Именно с этого три десятка лет назад начинались реформы в Китае, — говорит экономист и эксперт гражданской кампании «Наш дом» Андрей Аксенов. — Это выступление одного из самых влиятельных чиновников страны стало настоящей сенсацией. По сути оно означает, что власть признала провальность своей кампании по борьбе с “тунеядством”».

Однако радость будет недолгой, предупреждают эксперты. Признавая, что в ближайшей перспективе инвестиции могут дать положительный эффект, они в то же время предупреждают об отдаленных последствиях непродуманного допуска китайских компаний в экономику страны.

«На самом деле, когда перед носом висит морковка в 10 млрд долл. льготного китайского кредита, то очень хочется их получить. Даже если нет идей и проектов по их освоению, — рассуждает белорусский экономист, директор «Центра Мизеса» Ярослав Романчук. В качестве примера он называет технопарк «Великий камень» и планирующееся там масштабное производство моторов. «Но это для Беларуси означает одно — повесить на себя производство позавчерашнего дня. С непроработанным вопросом насчет того, кому продавать эти моторы», — отмечает эксперт.

С ним согласен аналитик Владимир Сегенюк, который пишет, что проект технопарка «реализовывается совершенно не по той схеме, о которой мечтали в Минске». По его словам,  «если нынешние тенденции сохранятся, то в будущем парк превратится в огромный офшорный склад для китайских товаров, не принеся белорусам практически никаких особых выгод».

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране