Объединение Молдавии и Румынии: в поисках идентичности

29.12.2014 1 606

10893641_1513487435607345_685610276_n Спорный вопрос объединения Молдавии и Румынии выходит далеко за пределы клише о «проевропейском» или «пророссийском» векторе. Многие пытаются подать его как очередной вызов «русскому миру». Однако тем самым, с учетом по-прежнему актуальных апелляций к глубокому прошлому, подменяется действительно главный вопрос — о мучительных поисках Молдавией собственной, молдавской, идентичности.

В начале 1990-х гг. идеи объединения Молдавии с Румынией (унионизма) придерживались, в основном, интеллигенция и люди искусства. Среди них были известный поэт и затем лидер движения за объединение Григоре Виеру, писатель и депутат парламента (1990-94 гг., 1998-2001 гг.) Николае Дабижа, молдавская и румынская поэтесса и депутат парламентов МССР и Румынии Леонида Лари.

После окончания Приднестровского конфликта, причиной которому в немалой степени послужила как раз идея о румыно-молдавском объединении, популярность унионизма снизилась. Однако в последние годы он снова на подъеме. После пятилетнего нахождения у власти альянса «За европейскую интеграцию» (АЕИ) его линию продолжили партии, ранее входившие в него, — Либерально-демократическая партии Молдовы (ЛДПМ), Либеральная партия (ЛП) и Демократическая партия.

У лидеров двух из этих партий, Михая Гимпу (ЛП) и Влада Филата (ЛДПМ), есть румынский паспорт. При этом первый из них в период с 2009 по 2010 г. был и.о. президента страны, а второй в 2009-13 гг. исполнял обязанности премьер-министра.

Кроме того, Конституционный суд на данный момент состоит из шести членов, пятеро из которых являются обладателями румынских паспортов, в том числе и председатель — Александр Тэнасе. Наконец, глава государства Николае Тимофти, хоть и не имеет второго гражданства, является сторонником объединения Молдавии и Румынии в рамках Евросоюза. «В Республике Молдова существует конкретная реальность. Мы за то, чтобы мы объединились в составе Европейского союза на сегодняшнем этапе», — говорил он [1].

«Исконно румынские» территории

По версии сторонников унионизма, молдаване и румыны изначально один и тот же народ — «румыны», проживающие на «румынском пространстве», которое включает территорию от Тисы до Днестра [2]. У этой позиции есть как минимум одна слабая сторона. Сам термин «румыны» не существовал до начавшегося в 1858 г. процесса объединения Дунайских княжеств, который привел к созданию королевства Румынии в 1881 г. во главе с Каролем I. В состав королевства вошли Валахия (исторический юг нынешней Румынии), Молдова (часть Молдавского княжества) и Добруджа (современная территория на границе Румынии и Болгарии). Именно это событие является отправной точкой для унионизма в его нынешнем виде.

Напротив, Молдавское княжество образовалось еще в 1359 г., что позволяет говорить скорее о «Молдове» и «молдавском народе». Тем не менее, румынская трактовка этого события гласит, что это было не образование нового этноса, хоть и близкого румынскому, а откол от уже существующего.

Следующим дискуссионным вопросом является пакт Молотова — Риббентропа и «бессарабский вопрос». Румынская историография ненавидит соглашение и считает советские войска оккупантами. Молдовинисты же рассматривают данное событие как освобождение от румынской оккупации.

10904270_1513482998941122_920721524_nОтношение к событиям прошлого до сих пор используется как аргумент для внешнеполитических шагов на современной международной арене. «28 июня 1940 года восточная часть Румынии (нынешняя Республика Молдова. — прим.) была оккупирована Советским Союзом вследствие договоренности с нацистским режимом Германии, что привело к разделению румынского народа по реке Прут», — писала лидер Национал-либеральной партии Молдовы Виталия Павличенко канцлерин Германии Ангеле Меркель. Она также просила ее обратиться к руководству России, «чтобы исправить как можно быстрее несправедливость, допущенную 70 лет назад, — разделение румынского народа, — путем аннулирования пакта Молотова — Риббентропа и ликвидации его последствий, то есть путем объединения Республики Молдова с Румынией» [3].

«Румынский» язык

Еще одним спорным вопросом, причем традиционно обсуждаемым больше и острее, является название языка — «румынский» или «молдавский». Унионисты на этот счет единодушны: язык румынский. Директор Института филологии Академии наук Молдовы Василий Бахнару заявил, что с научной точки зрения молдоване говорят на румынском. «Это румынский язык, и все тут. У нас одна и та же грамматическая структура, один и тот же словарный фонд, одна и та же стилистика, та же лексика. О каком молдавском языке может идти речь? По сути, здесь на кону всего лишь своекорыстные и имперские интересы. Молдавский язык — это выдумка, ложь некоторых политиков только ради того, чтобы отделить Молдову от Румынии. Они мутят воду, ничего другого не делают. Это выдумали советские власти, чтобы оправдать свое вторжение», — приводит его слова информационный портал noi.md [4].

Однако даже если допустить, что язык один и тот же, то само название «румынский» вряд ли можно применять, учитывая, что оно появилось вместе с самим понятием «Hумыния» в середине XIX в., то есть спустя 500 лет после образования Молдавского княжества, говорившего на молдавском языке. На каком же языке говорили в Валахии, предшественнике современной Румынии? Ответ прост — на валашском, или, на крайний случай, молдавском, но уж никак ни как не на «румынском» ввиду отсутствия такого понятия.

О том, как соотносятся молдавский и валашский языки, задумывались многие историки и филологи. «У жителей Валахии и Трансильвании один общий язык с молдаванами, однако произношение более грубое, как, например: джюр валах произносит жур, то есть клянусь, как польское ż или французское j; думнедзеу, то есть бог — валаш. думнезеу; акму (теперь) — валаш. акума; ачела (этот) — валаш.ахела. Валахи употребляют некоторые слова, молдаванам не известные, которые, однако, в письме опускают, и во всем следуют по стопам молдаван в отношении языка и правописания и этим самым признают, что молдавский язык чище, чем их, хотя открыто заявить об этом их удерживает недоброжелательство, существующее между молдаванами и валахами», — писал молдавский господарь и один из выдающихся молдавских историков конца XVII — начала XVIII вв. Дмитрий Кантемир [5].

«Демократическая» Молдавия и «европейское» будущее

Согласно последней переписи населения, проводившейся в 2004 г., румынами в Молдавии себя назвали 2,2% населения (73276 человек). Они стали пятым по численности этносом. В 2009 г., после погромов в Кишиневе, их представители и сторонники пришли к власти.

Сегодня унионизм переживает новый этап своего развития, характеризующийся агрессивным внедрением румынской культуры и наступлением на советское и русское наследие при прямом одобрении высших лиц государства. Во главе государства находятся люди с двойным гражданством. В школах преподают историю румын, многие говорят на румынском языке, постоянно упрощается получение румынского гражданства. Все чаще в Кишиневе можно было услышать такие лозунги, как «Бессарабия — румынская земля» или «Чемодан — вокзал — Россия/Сибирь», бывшие популярными во времена распада СССР. Появился праздник День советской оккупации (28 июня). Начали вещание два румынских телеканала: Jurnal TV и Publica TV.

Идеи унионизма несколько ушли на второй план в 2011-12 гг., когда их заслонили внутриполитические и экономические проблемы. Реабилитироваться они смогли только с подписанием 3 апреля 2014 г. документа о безвизовом режиме с Евросоюзом. Впрочем, как показали результаты только что прошедших выборов, даже такое достижение не смогло полностью восстановить доверие граждан к проевропейским партиям.

10887938_1513484402274315_32749180_nНепосредственно перед выборами Молдавию посетил новоизбранный президент Румынии Клаус Йоханнис. Считается, что тем самым он пытался поддержать ЛДПМ во главе с Владом Филатом. В интервью местным СМИ Йоханнис говорил о защите территориальной целостности Молдовы и ее экономического суверенитета. Однако при этом Румыния — единственная страна, до сих пор не подписавшая договор о государственной границе с Республикой Молдова. Вряд ли с приходом к власти Йоханниса данное положение дел сколько-нибудь изменится.

Фактически полноценное признание границ означало бы согласие с ненавистным в Румынии пактом Молотова — Риббентропа и отказ от идеи о «Великой Румынии», сутью которой является объединение Молдовы и Румынии со столицей в Бухаресте. Впрочем, некоторые молдавские политологи полагают, что Йоханнис откажется от унионистской риторики, — которую часто использовал бывшим президент Румынии Траян Бэсеску, предлагавший в 2006 и в 2010 гг. объединение двух государств, — в пользу мягкого сближения.

[1] https://www.youtube.com/watch?v=-sXZ12ojmzc

[2] Шорников П.М. Поля падения. Историография молдавской этнополитики. Кишинев, 2009.

[3] http://www.pavlicenco.md/2012/08/20/scrisoarea-trimisa-de-pnl-dnei-angela-merkel-inca-pe-28-iunie-2010/

[4] http://m.noi.md/ru/news/28080

[5] Кантемир Д. Описание Молдавии. Кишинев. 1973. С. 189—190

Другие материалы

Комментарии к статье

foto_dny

Тестовая запись

Бизнес в другой стране