«Причина присоединения Донбасса к Украине лежала в централизации власти в СССР»

07.05.2014 5 160

Одним из ключевых событий апреля этого года на Украине стало провозглашение сторонниками федерализации и пророссийскими активистами Донецкой народной республики. Об исторических особенностях Донбасса, специфике политического поведения его жителей, в частности шахтеров, а также о борьбе ценностей между Евросоюзом и Россией в этом регионе мы поговорили с историком, экспертом донецкого Центра политологических исследований Алексеем Бодней.

— Около двух месяцев на Юго-Востоке Украины продолжается «Русская весна». Чем, с исторической точки зрения, обусловлена популярность в этом регионе пророссийских настроений? Почему многие его жители хотят воссоединения с Россией?

— Все дело в историческом прошлом этих земель. В особенности последние 200 лет. Ведь, как мы помним, юго-восточные земли в XIX в. входили в состав Российской империи, подвергаясь постепенному, а иногда агрессивному, культурному влиянию. XX в. не стал исключением. Несмотря на концепцию стирания границ и советского гражданина, русский язык и культура были доминирующими вплоть до конца существования Советского Союза. Сегодня Россия в плане культурной экспансии выиграла, провозгласив себя наследницей советского государства. В условиях социальных проблем и разочарования в собственных политических избранниках многие жители Юго-Востока тяжело ностальгируют по былому «счастливому советскому прошлому» и видят Россию как исполнительницу их грез и желаний. Безусловно, в основном это аудитория людей, родившихся и проживших значительное время в Советском Союзе.

— В годы Гражданской войны на юго-восточных территориях существовало несколько независимых республик, в том числе Донецко-Криворожская, чей опыт государственности сопоставим с таковым у Украинской народной республики, преемницей которой является современная Украина. В какой степени данный факт может являться предпосылкой для развития нынешней Донецкой народной республики, чье создание состоялось 7 апреля?

— Для начала нужно исторически верно разобраться в государственном опыте. Во-первых, современная Украина опирается на наследие не только Украинской народной республики, но и Украинской казацкой державы. Что уж говорить о Киевской Руси со столицей в Киеве. Во-вторых, УНР реально просуществовала около трех лет, не считая правительств в эмиграции, а ДКР де-факто осуществляла свою деятельность около месяца, впоследствии войдя в состав Украинской советской республики, а де-юре около года. Однако исторический прецедент имеет место, а значит и право на существование, но его современная интерпретация скорее носит политический характер, нежели стремление народных масс к исторической справедливости.

— После упразднения ДКР Донбасс вошел в состав Советской Украины. Существует версия, согласно которой это было сделано исключительно для «повышения доли пролетарского компонента» в структуре населения УССР. Насколько справедливо такое суждение?

— Данное суждение лишь маленький и незначительный повод для ликвидации ДКР. Реально же причина присоединения Донбасса к Украине лежала в централизации власти в СССР, что проявлялось в подчинении более крупным республикам всех новообразованных политических объединений, постепенном сосредоточении властных полномочий в одних руках, ликвидации любых возможных будущих сепаратных объединений. Такая же судьба ждет в современную Донецкую народную республику. ДНР можно сравнить со слабой и беззащитной девушкой в темном переулке среди властных политических игроков, мечтающих как можно скорее заполучить сиюминутные выгоды.

— В начале 1920-х гг. преимущественно русское население Донетчины подверглось политике украинизации. Удалось ли советам изменить идентичность жителей региона?

— Украинизации подвергалось все население — как Донетчины, так УССР. Несмотря на само слово «украинизация», советская власть не ставила задачу смену идентичности в пользу русских или украинцев. Чтобы получить время для перегруппировки сил в новообразованном государстве, переживавшем кардинальные реформы во всех сферах жизни, был сделан шаг назад в процессе формирования такого понятия как «советский человек». Риск, что все может исчезнуть в один момент, был слишком велик. Впоследствии были сделаны «три шага вперед» в виде репрессий, коллективизации и индустриализации на пути к заветной цели. Поэтому на Ваш вопрос можно ответить положительно. Советской власти удалось все же изменить идентичность жителей региона, однако в этой игре не было победителей среди украинцев или русских.

— Отмеченные Вами процессы коллективизации и индустриализации поставили в 1930-е гг. на грань исчезновения крестьянство, в том числе и на Украине. Как они отразились на населении Донбасса? Каково отношение к ним в регионе сейчас?

— Донбасс в большей мере был подвергнут индустриализации в силу уже сформированной промышленной среды. В короткие сроки были построены основные промышленные предприятия, впоследствии окончательно оформившие социально-экономический облик региона как индустриального. Особо острых дискуссий вокруг индустриализации в украинской исторической науке нет. А вот коллективизация в Украине, в том числе и в Донбассе, имела в своей сущности политические цели покорения либо уничтожения крестьянства посредством Голодомора. Это, безусловно, печальная страница в истории Украины, вокруг которой в обществе постоянно возникают споры, цель которых скорее не поиск исторической истины, а разжигание конфликтов. Однако в исторической науке исследователи отмечают, что в силу своей промышленной специфики Донбасс в наименьшей мере пострадал от Голодомора, чем другие регионы, приводятся даже официальные цифры — около 100 тысяч человек.

— В связи с поднятой Вами проблемой Голода, можно ли сказать, что население современного Донбасса имеет иную, несопоставимую с центрально- и западно-украинской, историческую память?

— Каждый регион на самом деле имеет свое историческое прошлое и память, Донбасс тоже не исключение. Голодомор в нашем регионе не нес такой массовости, и как результат — внимание со стороны жителей не такое значительное. Кроме того, стоит отметить значительный процент идентификации населения как русскоговорящего, или русского. Официальная украинская историческая наука настаивает на целенаправленности Голодомора против украинского населения, поэтому русское население так хладнокровно. Но сама историческая память, безусловно, имеет общие черты для всей территории современной Украины.

— После Великой Отечественной Войны Донецкая область с восстановленной экономикой на многие годы стала одним из ключевых индустриальных центров Советского Союза. Как изменились в связи с этим позиции донецкой политической элиты на общесоюзном и республиканском уровнях?

— Как мы знаем, экономика в большинстве случаев диктует политику. Сосредоточение капиталов в Донецкой области изменило и позиции местных политических элит. Донбасс стал регионом возможностей, а Донецк, Жданов (Мариуполь), Макеевка — большими городами, в которых можно было достичь небывалых высот и стать, к примеру, членом или даже 1-м секретарем ЦК КПСС. Множество других партийных лидеров были детьми «региона угля и стали». Не зря Донбасс называли кузницей стойких и отличных кадров. Однако не стоит отождествлять старую советскую политическую элиту с той, что сформировалась в последние годы в Украине, когда выходцы из Донбасса занимали руководящие посты практически во всей стране. В СССР кадровый состав в целях противодействия коррупции и укрепления местных чиновников, постоянно перетасовывался, менялись места дислокации руководящих кадров, из-за чего простого донецкого парня можно было встретить в любой точке огромного государства.

— В конце 1980-х — начале 1990-х гг. Донбасс сотрясали массовые забастовки шахтеров, а шахтерские профсоюзы были реальной силой, влиявшей на политическую ситуацию в регионе и стране. Чем можно объяснить их довольно пассивную роль сейчас, в ходе «Русской весны»?

— Все это связано с ролью шахтеров в социально-экономической жизни страны. Шахтер в СССР — основа пролетариата, ее локомотив, важная экономическая единица. Быть шахтером было почетно, шахтерский труд открывал значительные возможности для многих людей. Шахтерские профсоюзы были сильной, четко организованной структурой, защищавшей интересы работников предприятий угольной промышленности. Шахтеры имели право и возможности участия в политической жизни государства, многие избирались депутатами различных органов местного самоуправления, от чего становились влиятельной политической силой, не считаться с которой практически было нельзя. Развал СССР разрушил связи и рычаги влияния в профсоюзном движении. Бывшие профсоюзные лидеры интенсивно создавали вокруг себя свои собственные группировки, постепенно наращивая социальный капитал, влияние, впоследствии преобразованные в крупные объединения. Такие крупные компании, воспользовавшись отсутствием организованности, беззаконием и дезориентацией еще некогда былого могучего рабочего класса, устанавливали свои правила игры и уж никак не были заинтересованы в усилении их общественно-политической роли шахтеров. На сегодняшний день ко всем этим упущенным возможностям шахтеров добавились уменьшение спроса на продукты угольной промышленности, нерентабельность и закрытие многих шахт, что вызывает страх остаться никому не нужным. Кроме того, многие нынешние шахтеры зависимы от политической воли своих хозяев, и от их пассивности пассивны сами по себе.

— Вы специализируетесь на исследованиях социальной политики в Донбассе. Как, на Ваш взгляд, сейчас изменился уровень социального обеспечения в регионе по сравнению с советским периодом?

— Если сравнивать периоды 1985 — 1991 гг. и последние 5 лет (2009 — 2014 гг.), то мы можем увидеть определенные сходства в кризисе социально-экономической жизни. Эти общие черты проявляются в искусственности причин, вызванных давно отложенной модернизацией экономики и тотальной коррупцией. Однако основное отличие советского периода от современности в том, что у населения были значительные материальные ресурсы на руках, которые они в условиях мощного дефицита не могли реально потратить, но это создавало иллюзию стабильности и благополучия. Ширма стабильности приоткрылась после распада СССР и вызвала шок у многих людей. Примерно подобная ситуация происходит сейчас и в Украине.

— Один из лидеров русских националистов Егор Просвирнин считает, что ключевым аргументом в пользу того, чтобы восточнославянское население Украины вновь осознало себя русским, является уровень социально-экономического благосостояния. Проще говоря, идентифицировать себя как русского должно быть выгодно. Насколько подобная мотивация может быть действенна по отношению к жителям Донецкой области? Разве не такую же логику транслирует Европейский союз на украинцев?

— Отчасти я соглашусь с данным утверждением, но оно скорее бытует среди национально необразованных, несознательных граждан Украины, руководствующихся ценностными ориентирами в удовлетворении собственных потребностей. Однако эта мотивация действенна для жителей Донецкой области, ведь уровень национального сознания в этом регионе достаточно низок, большинство дончан не знают, с кем или с чем себя ассоциировать, особенно после бегства В. Януковича, ведь до этого некая «донецкость» подогревала самолюбие многих жителей региона, а сейчас вызывает лишь стыд и печаль. Пустоту в сознании легко может заполнить российская пропаганда, навязывающая свое превосходство, оперирующая близостью духа и неплохими социальными стандартами. Европейский союз же транслирует отличные от России идеи в виде открытых возможностей, поддержки, инвестиций, отчего украинцы могут получить даже больше в исторической перспективе, однако для этого им придется хорошо поработать над собой. Жители Донбасса в данном случае напоминают девушку, запутавшуюся в выборе отношений с будущим партнером и не желающую ничего решать. А подобные скорее в таких случаях выбирают более выгодное сиюминутное предложение. Кстати, говоря о политической проституции, к сожалению, геополитическое положение Украины неоднократно способствовало этому. Украинские гетманы и атаманы неоднократно продавали права и свободы казаков российскому царю в обмен на новые поместья и угодья, что можно наблюдать и сегодня в Украине.

— Вы дважды, в 2012 и 2013 гг., участвовали в «Ялтинской европейской стратегии» — крупнейшей международной конференции украинских и зарубежных политиков и экспертов, цель которой — содействие европейской интеграции Украины. Близки ли сейчас, с Вашей точки зрения, европейские ценности населению Донецкой области, его хозяйственной и политической элите? Что изменила в этом плане «Русская весна»?

— Изменилось место проведения «Ялтинской европейской стратегии», а европейские ценности близки любому украинскому человеку, стремящемуся к мирной, спокойной, процветающей жизни. А то, как эти ценности преломляются в сознании дончан, это уже другое дело. Хозяйственная элита, например, в лице Р. Ахметова, я думаю, готова конкурировать с европейскими бизнесменами, а возможно и покорять их, а политическая элита все дальше и дальше себя дискредитирует, постепенно превращаясь в пузырь, который вот-вот лопнет.

— После 1991 г. донецкие историки, ранее в большинстве своем ярые коммунисты, начали активно осуждать СССР, после прихода в 2005 г. к власти В. Ющенко — «расследовать» Голод 1932-1933 гг. и репрессии конца 1930-х гг., с началом президентства В. Януковича в 2010 г. основным трендом в их творчестве стала Великая Отечественная война. О чем они будут писать в случае, если Донецкая народная республика оформится как государство или станет частью РФ?

— Думаю, стоит ожидать выход книг под таким названием «300 беркутовцев», «Патриоты пишут письмо американскому президенту», «Блудный сын», «Не поднятая брусчатка», «Вежливость наше все». Безусловно, это все шутки. «Историю пишут победители, поэтому в ней не упоминаются проигравшие», — как-то сказал Артур Дрекслер, но писали ли в таком случае ее историки?

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране