Украина: региональные политические процессы в августе

18.09.2014 861

Жизнь в регионах Украины в августе 2014 г. была отмечена рядом неоднозначных и противоречивых тенденций. Однако все они были так или иначе связаны с продолжающимся конфликтом на востоке страны. Август стал для Новороссии месяцем военного перелома и политической трансформации: всеобщее наступление войск Донецкой (ДНР) и Луганской (ЛНР) народных республик происходило параллельно с масштабными изменениями в политическом руководстве. В Западной Украине активизировались закарпатские националисты.

«Коренизация» и перестановки в руководстве самопровозглашенных республик

В августе в Донецкой и Луганской народных республиках произошли перестановки в руководстве, причем в ДНР они были связаны с процессом «коренизации» — заменой выходцев из России на местных политиков. Ушли в отставку Александр Бородай, Валерий Болотов, Игорь Стрелков и Марат Баширов. При этом из них только «местный» Болотов формально ушел «по состоянию здоровья» [1]. Как отметил 7 августа А. Бородай, «я пришел как кризисный менеджер, и сейчас можно констатировать, что ДНР состоялось как государство. К тому же, многие знают, что я коренной москвич, и считаю, что руководителем республики должен быть уроженец Донбасса» [2].

На должность премьера был возведен Александр Захарченко — техник-электромеханик, полевой командир батальона «Оплот». Он сосредоточил в своих руках полномочия главнокомандующего республиканской армией. И. Стрелков оставался министром обороны до 14 августа, когда ушел в отставку одновременно с главой ЛНР Болотовым.

Новым министром был назначен ополченец Владимир Кононов — тренер боевого самбо из Славянска, полевой командир, отличившийся при обороне города. Таким образом, на две из трех ключевых должностей в ДНР были поставлены «местные» люди. «Неместным» и наиболее профессиональным политиком в высших эшелонах республиканской власти остался лишь вице-премьер по госбезопасности Владимир Антюфеев. В результате перемен в правительстве он оказался единственным из июльских триумвиров, сохранившим и даже приумножившим свою власть.

Что касается Луганской республики, то с уходом В. Болотова политическая жизнь в ней заметно активизировалась. Новый глава республики Игорь Плотницкий пока сосредоточился на вопросах обороны столицы. ЛНР представляет собой шаткий союз четырех одинаково влиятельных военных деятелей. Это — Алексей Мозговой (территория между Лисичанском и Северодонецком), Павел Дремов (Первомайск), Николай Козицын (Антрацит) и Игорь Плотницкий (Луганск). Первенство последнего над остальными признается ими лишь формально. В минувшем месяце политические противоречия между полевыми командирами начали проявляться публично. 8 августа было обнародовано скандальное видео-интервью П. Дремова [3], в котором он чрезвычайно жестко раскритиковал как военно-тактическое руководство А. Мозгового, так и его участие в политике. Как отмечает луганская журналистка Марина Борзых, «после слов П. Дремова и отставки В. Болотова противоречия среди сторонников ЛНР стали видны общественности. Они складываются по линиям: А. Мозговой — П. Дремов, А. Мозговой — И. Плотницкий, Н. Козицын — И. Плотницкий. Эти конфликты ранее были латентными и вялотекущими, но в августе выпады полевых командиров в адрес друг друга стали активнее и резче. Сейчас на Луганщине нет ни одного политика, авторитета которого было бы достаточно для их мирного урегулирования. Плотницкий для этого явно не годится».

Контрнаступление ополченцев

Существенным событием августа стало контрнаступление подразделений ополченцев. По мнению донецкого военного историка Андрея Иващенко, оно «означает не просто перехват ими тактической инициативы и выход на свободный оперативный простор, но стратегический перелом в гражданской войне». Ополченцы смогли оттеснить украинскую армию от Луганска и Донецка, образовав сразу несколько «котлов» (самый крупный оказался под Иловайском), а также продвинуться на юг до побережья Азовского моря, взяв Новоазовск и создав оперативное окружение Мариуполя. Стремительность контрнаступления и масштаб поражения украинской армии и добровольческих формирований, а также опасения относительно участия полноценных соединений российской армии вынудили Киев сесть за стол переговоров.

К концу месяца в тылу непризнанных республик остались лишь отдельные очаги сопротивления, главным из которых были Луганский (взят 1 сентября) и Донецкий аэропорты. Под контроль ДНР и ЛНР перешла вся юго-восточная граница с Россией, а линия фронта протянулась от Славяносербска и Первомайска на севере до самого побережья Азовского моря на юге.

Образование

Подготовка к учебному году на территориях, подконтрольных как республикам Новороссии, так и Украине, не была сорвана. Как сообщила 27 августа заместитель главы Донецкой облгосадминистрации Тамара Лукьянчук, в области подготовлены 912 школ из 1093. В Луганской области всего 678 школ, из которых, согласно правительственным оценкам, разрушены 73. На территориях,  занятых украинскими военными, к учебному году готовы 246 учебных заведений [4]. В то же время главная проблема, с которой столкнулись работники образования на Донетчине и Луганщине, — это нежелание родителей отправлять детей на учебу в условиях боевых действий. В ДНР эти опасения имеют четкое количественное выражение: по данным вице-премьера по социальной политике Александра Карамана, «84% родителей не готовы отпустить детей на учебу 1 сентября… В случае прекращения боевых действий поблизости от учебных заведений 95% родителей (кроме забравших документы и выбывших) готовы отпустить своих детей на учебу» [5]. В связи с этим в ДНР было принято решение начать учебный год 1 октября. В ЛНР же все осталось как в мирное время. Отдельно следует отметить, что несмотря на то, что власть республик в регионах установлена с июня, высшие учебные заведения к 1 сентября им не подчинялись. Большинство из них выжидали, стараясь не оглашать официальной позиции, а часть (прежде всего, национальные университеты) открыто заявили о лояльности Киеву.

Вектор «Западная Украина»

В августе получили развитие тенденции, имевшие место в политических процессах в западной части страны в предыдущие два месяца. Антироссийские настроения усилились, а антивоенные — ослабли, лишившись всякой медиа-поддержки со стороны местных властей и олигархии. Кроме того, изменен был базовый концепт акций, проводимых родственниками военнослужащих, участвующих в войне на Востоке: требования вернуть их домой сменились требованиями предоставить тяжелую технику, боеприпасы и новое оружие [6].

Однако по-настоящему необычной стала ситуация, сложившаяся в августе в Закарпатье. В ушедшем месяце там чрезвычайно активизировались местные националисты, которые подключились к антивоенным протестам в регионе и значительно сместили их политический акцент.

Русины и венгры неоднократно требовали предоставления им культурной автономии в рамках Украины. Однако киевские власти системно игнорировали такого рода обращения, что привело к укреплению таких сепаратистских организаций, как «Подкарпатская Русь», которые начали выдвигать уже политические требования. В условиях фактического разгрома украинских правительственных войск на Востоке, куда были брошены все силы официального Киева, данная организация, заручившись поддержкой венгерской националистической партии «Йоббик», резко интенсифицировала свою активность. Причем как в регионе, так и за его пределами — в частности, в Венгрии и России.

[1] https://www.youtube.com/watch?v=Wuwj9m022hQ

[2] http://dnr.today/news/aleksandr-zaxarchenko-socialno-politicheskij-vektor-razvitiya-dnr-ostanetsya-neizmennym/

[3] https://www.youtube.com/watch?v=28QjQ7AJ6wM

[4] http://www.aif.ua/society/social/1325352

[5] http://dnr.today/news/nachalo-uchebnogo-goda-perenositsya-na-1-oktyabrya/

[6] http://ru.tsn.ua/ukrayina/rodstvenniki-okruzhennyh-pod-ilovayskom-boycov-trebuyut-podkrepleniya-383499.html

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране