В прорыв: как работает гуманитарная помощь в Славянске

06.06.2014 1 399

Углубление кризиса на востоке Украины серьезно ударило по наиболее населенному региону страны — Донбассу. Жители провозглашенных на его территории Донецкой и Луганской народных республик испытывают нехватку по сути всего — от продуктов питания и одежды до медикаментов, причем как простейших перевязочных материалов, так и инсулина, антисептических, обезболивающих средств. В особенно тяжелом положении оказалось население Славянска: почти месяц город находится в осаде. Почти покинутый и забытый гуманитарными организациями 120-тысячный город вынужден полагаться лишь на активистов-добровольцев, самостоятельно собирающих и доставляющих в город грузы первой необходимости. С одним из тех, кто регулярно прорывает блокаду, — Дамиром Ш. — на условиях анонимности нам представилась возможность поговорить лично.

Как давно Вы занимаетесь поставками гуманитарной помощи в Славянск? Что Вас к этому побудило?

— Помогать людям, которые в беде, я всегда пытаюсь. Думал, что если помог ты — помогут и тебе. Правильно так. Честно говоря, до 2 мая мне было все равно. От «оранжевых» (сторонников «Евромайдана») я ничего хорошего не ждал. Когда узнал, какая беда постигла Славянск, сразу стал искать возможность поддержать [жителей города]. И вначале как-то весело даже было. Кураж такой! В первый раз зарплату получил — поехал в Донецк, купил лекарств тысячи на полторы тысячи [гривен]. И на автобусе с такими, понимаешь, серьезными лекарствами еду: гидазепам, кетанов, реосорбилакт, ципрофлоксацин, мезатон, ну и бутылочек 20 физраствора. Повез это все. Это было где-то 7-го числа. Тогда уже укрогвардейцы начали транспорт досматривать серьезно. Машины в основном смотрели, людей всех не обыскивали. А мне не повезло….

Что Вы имеете в виду? Что значит «не повезло»?

— Ну, я привлек их внимание. Я всегда привлекаю внимание… А тут еще эти слухи появились, что вайнахи из России приехали. Это в Донецке о них только сейчас заговорили, а у нас на севере — давно уже. Никто не приехал тогда, но слухи ходили. Меня, видимо за одного из них приняли. Стали обыскивать. Когда поняли, что я везу… Короче говоря, за 500 гривен договорились. В тот первый раз, когда я приехал, мне показалось, что я не к месту. В городе все спокойно. Да, пустовато, но у нас так в любом городе по выходным. Я сам вырос в Артемовске, это совсем недалеко. Так что картина почти привычная. Но только это был не выходной. И спокойствие ложное было. Просто на самом деле все позабивались по домам и сидели. Ну, нашел я их (местных ополченцев) пункт приема гуманитарной помощи в Славянске. Там такая женщина милая была. Инна. Я уже ее давно не видел… ладно. Отдал ей все, что привез. Поехал обратно. Каким я себя дураком считал! Думал: «Столько денег на ветер! И зачем?»

А 9 мая — бои опять. Оказывается, не зря поездку проделал. Все правильно сделал. Жалко людей. Мой отец был врачом, он говорил, что нужно помогать тем, кто нуждается. Иначе никак. Во «ВКонтакте» написал друзьям, с которыми учился. «Отморозились» почти все. Кто-то из вежливости сказал, что сейчас денег нет, помочь не может, но «как только — так сразу». Один вообще… это просто смешно… взял номер моей карточки, сказал: «Сегодня же деньги перешлю!». Так и жду еще до сих пор. Пытался с кем-то связаться… с группами «Антимайдан» и «Донецкая республика». Но они ж все в Донецке, а я в Артемовске. Потом случайно нашел форум в России и одну местную группу. Написал туда. Так просто одинаковое сообщение для всех: «Здравствуйте! Собираю средства на покупку медикаментов для Славянска. И контакты». Ну, типичный жулик, да? А люди стали отзываться. Это еще сильнее побудило меня к действию. У меня в Славянске много знакомых, друзей и просто есть люди, которые нуждались и нуждаются в помощи. Да и тем, кто с оружием, тоже помогать надо — они ведь тоже были простыми гражданами, просто пытаются отстоять свою позицию, защитить родных, свою землю.

В чем нуждаются жители города? Недавно русский философ, лидер евразийского движения Александр Дугин заявил, что в Славянске чуть ли не доедают последние запасы круп… насколько это утверждение соответствует действительности?

— Если этот Дугин философ, то вряд ли понимает, что нужно жителям города. Скорее всего, он не был на поле боя. Но прав он в одном. В городе сейчас начинается ад. Такого не пожелаешь даже врагу. Всем страшно. Что делать, никто не знает… в условиях постоянной бомбардировки. Этот город брошен миром. Кроме одиночных добровольцев и простых людей, жителям города ждать помощи не от кого. Проблема с едой еще не стоит так остро, чтобы дошло до голода, но легче от этого не становится, потому что неизвестно, когда это все кончится, а запасы могут закончиться совсем, что тогда? Варить полынь? Медикаменты очень важны. Вот с этим сложности. Что делать тем, у кого сахарный диабет? Ведь им нужен инсулин. В аптеке его просто так теперь не купишь. Я не знаю зачем, но украинские власти не допускают поставок российского инсулина. Это тот фашизм, о котором [Дмитрий] Киселев не говорит. И это только один пример. Обезболивающие, бинты, спирт, жгуты, медикаменты первой необходимости. Рану нужно прижигать. Когда на парах рассказывали, как это делать, я про себя еще смеялся. Ну, ХХІ век же… и прижигать? Не думал, что такое когда-нибудь увижу. А увидел.

Разве Международный Красный Крест не должен помогать мирным жителям в столь критических условиях?

— Местные говорят, что Красный Крест скорее больше языком болтает, чем делает. И насколько я знаю, у них проблемы с ополченцами: они не очень им доверяют, а те — им. Многие считают, что под видом помощи «крестовцы» (сотрудники Международного Красного Креста) собирают информацию для киевских захватчиков, и с осторожностью воспринимают их помощь. Да и с транспортом проблемы. Никто из них не будет тянуть мешок с медикаментами через посадку, чтобы помочь хоть как-то. А мы тянем. И не через посадку, а через такие заросли, болота, лесополосы, что потом лицо подранное и вонь как от собаки. А Красный Крест отправляет в Донецкий облздравотдел и больницы гуманитураную помощь всю и в местные организации. А куда они идут оттуда — неизвестно. Я не знаю. Говорят, в укрогвардию. Очень может быть. Но смотрю я на жителей Славянска и понимаю, им нужна помощь и много, а не укрогвардии. Ситуация такова, что приходится надеяться на себя, на ребят. А в укроСМИ показывают, что Красный Крест в Славянске предоставляет все необходимое для всех жителей города. Что это? Преувеличение? Или наглое вранье? Мне вообще-то все равно — я делаю свое дело. Но неприятно и обидно. Но «крестовцев» понять можно украинских. Здесь реальная война, бои, трупы штабелями. Аэропорт [г. Донецка] помните? Вот, а тот случай на праздники? (9 мая активистами Донецкой народной республики были задержаны 7 представителей Красного Креста). Сюда никто не хочет ехать. Жители Славянска никому не нужны.

Да, но разве в такой ситуации могут гражданские активисты справиться самостоятельно?

— Как говорил мой отец, с мира по соломинке. А как иначе? Лично у меня нет выбора. И у друзей моих. Мы твердо для себя решили, что это наше общее дело. Я надеюсь, что многие жители Донбасса прочитают это и подключатся к этой сложной, но нужной работе. Да, она рискованная, тяжелая. Можешь ехать вечером на машине мимо укровских блоков, по тебе откроют огонь. Был один такой эпизод… Сначала стреляют, потом спрашивают. Но оставаться в стороне в такой ситуации нельзя, сидеть на месте тоже. Нужно действовать, причем решительно.

Как Вы собираете гуманитарную помощь и доставляете ее в город?

— Разными способами на самом деле происходит сбор. Так как я делаю это уже давно… относительно давно… многие знают мои контакты, собирают сами и приносят. Проблема не собрать — проблема доставить. На это не многие отваживаются. Есть у меня контакты и с ополченцами. Они в этом помогают, ведь заинтересованы. У них есть свои пункты сбора продовольствия, медикаментов и прочего. Им приносят местные жители: молодежь, женщины, бабушки. Приносят все: соленья, тушенку, крупы, пирожки. Иногда думаешь, как мне довезти эти трехлитровые банки с помидорами или кабачками. Сочувствующих людей много на деле. Недавно армянская община г. Донецка решила передать несколько ящиков с сухпайком. Американским, кстати. Ну, может, не американским, но зарубежная маркировка. И свежий. Вот, и думайте, какой народ самый находчивый в мире! А укры свои пайки до сих ищут. Пускай-пускай! Так вот армяне нашли меня, мой номер, связались и все. Армяне… меня! Знал бы папа — не поверил! Наши друзья из России также помогают, но доставить [гуманитарную помощь] в Донбасс очень тяжело. Надо отдельно сказать, что часто российские пограничники отжимают 20-40% «гуманитарки», если везти ее просто так — без опознавательных знаков, не под знаменами какой-либо организации. Такое было неоднократно на погранпункте «Успенка», что между Донецкой и Ростовской областью. Я уже не говорю, что творят укровские пограничники. Они каждый помидор под видом поиска чего-то запрещенного обыскивают, а иногда могут даже все забрать. Поэтому из России делать это все проблематично — так до Славянска часто одни целлофановые пакеты доезжают. Поэтому часто приходится делать все так, чтобы меня или группу вообще никто не видел. Совсем. Такие вот бойцы невидимого фронта. Вот, думал я год назад… да что там год… два месяца назад, что буду лазать по лесам/полям пограничья как вор какой-то? Так еще из своей страны — в свою. Смех и только. А как иначе? Иначе никак.

Недавно укры еще один канал накрыли. Кубанские рыбаки по Азовскому морю возили грузы в Мариуполь, Новоазовск, а уже оттуда наши ребята на север — Донецк, Славянск. Так этот батальон предателей [батальон Национальной гвардии «Донбасс»] всех тормознул. Все отобрал. Канал закрылся.

Ну, каналы — вещь не слишком стабильная. Иногда есть, иногда нет — зависит от места боевых действий. В Славянск все тяжелее и тяжелее возить гуманитарку. Кольцо сжимается, чувствую, придется как-то опять идти на контакт с украинскими войсками. Пойдут ли они? Не знаю. Раньше 5 ящиков водки, нормальной, Nemiroff или «Хортица», поставил — и неделю спокойно через блокпост катаешься. А сейчас блокада все плотнее. Страшно ехать. Но я поеду, ребята поедут. Иначе никак. Конечно, провести бы разведку, а как ты ее проведешь? Местные, конечно, выручают. Дают инфу, но все ж меняется каждый час. Если возьмут, да еще и меня… скандал будет. Но продовольствие и медикаменты мы возить будем. И объемы наращивать будем. Пока Славянск будет держаться, мы останемся с ним. Ну, и нужно больше ходаков. Вот, сколько я на себе могу унести? По максимуму 20 кг. Ну, 25 пусть. А надо 500 кг груза доставить. Это сколько ходок? Много. И людей много надо. И тропы надо искать новые. А укрогвардейцы уже освоились — как неделю назад уже не походишь.

Так все сложно со сбором и доставкой… Требуется же хорошая логистическая база. Насколько все централизованно, скоординировано?

— Логистическая база? Смеетесь? Единого координационного центра нет. Каждый прокладывает свой путь — ведь все это частная инициатива. Да, ребята из ДНР пытаются помочь, но им не хватает рук, разведки и, наверное, опыта — как результат гуманитарка может достаться неизвестно кому. Особенно мало веры после скандала с мародерами, которых из облгосадминистрации повыгоняли.

Я уже говорил, что прорывать блокаду становится все тяжелее и тяжелее. Раньше прорывались примерно 8 из 10, сейчас только самые смелые решаются, а доходят… ну, кто-то доходит. Кто-то останавливается на полпути. Слава Богу, никого пока не поймали. Группа максимум составляет два человека, чтобы не привлекать внимание посторонних…

Люди, которые прорывают блокаду и которые собирают благотворительность, кто они?

— В основном это местные, жены рабочих, трудяги простые. Вообще много простых людей со всего региона. К нам поступали со всех концов Донбасса посылки с надписями «Мариуполь», «Мангуш», «Волноваха», «Шахтерск», «Красноармейск», «Макеевка», «Селидово», «Донецк». Это и бабушки, что приносят свои соленья/варенья, и мамочки, которые помогают едой и детской одеждой. С ней тяжело в городе. Там столько детей не вывезли! Предприниматели дают деньги, хотя им тоже сейчас тяжело. Еврейская община в Донбассе в этом плане оказалось очень щедрой. Удивило это многих. Нечего удивляться. Они поддержали деньгами и привозят еду. Скажу, это удается им достаточно просто. Шустрые. Православные священнослужители оказывают кроме гуманитарной еще и духовную поддержку. Они в этом плане молодцы. Мне от этого никак, но для русских… батюшка пришел, поговорил — пошли. Даже пенсионеры не остались в стороне, помогают поддержать, вселить боевой дух. Я рад, что Донбасс оказался един в такое страшное время. Мы же все-таки братья.

Что собой представляет социальный портрет того, кто прорывает блокаду? Как бы Вы его в целом охарактеризовали?

— Социальный портрет? Нельзя назвать конкретно. Эти люди разного возраста и национальности. Они смелые, готовые на очень многое, но им не нужны награды. Да и какие здесь могут быть награды? Многие смотрят на нас как на психов. Но мы не сдаемся.

Россия предлагает идею создания гуманитарного коридора для вывода беженцев и доставки помощи в Славянск. Как Вы оцениваете такую инициативу?

— Честно говоря, не знаю, как комментировать официальные власти Российской Федерации. На словах они молодцы. Крым они вернули без единого выстрела, без насилия. А Донбасс? Шахтерский край они кинули, оставили русский народ. Мы теперь будем стоять сами. Хотя сам я не русский, но я с ними. Много было вражды, но русские нас куда-то да выведут. А вообще идея хорошая, нужно централизовать все, получить технику, обеспечить безопасность волонтеров, и чтобы потом преследований не было. Судя по тому, что происходит, российской власти и [Владимиру] Путину верить нельзя. Еще немного, и все поймут, что они предали свой собственный народ, лицемерно оставили его один на один с внешней угрозой. Мы такого не ожидали.

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране