За веру или Отечество? Часть 2

21.02.2016 2 337
Справа - глава-раскольник УПЦ КП Филарет. Слева - глава УПЦ МП Онуфрий. Фото: принтскрин видео mvasin.org.ua

Справа — глава-раскольник УПЦ КП Филарет. Слева — глава УПЦ МП Онуфрий. Фото: принтскрин видео mvasin.org.ua

Мы уже писали о том, как война на востоке Украины отразилась на деятельности религиозных организаций там. Однако смена власти в результате «Евромайдана» и последующая военная кампания заметно повлияла и на работу ведущих церквей на территории остальной Украины.

С середины 2014 г. в Западной Украине продолжаются захваты храмов, принадлежащих Украинской православной церкви Московского патриархата (УПЦ МП). Атаки, осуществляемые местными праворадикалами, приводят к тому, что храмы переподчиняют неканонической автокефальной Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП). В том, почему это происходит и как это можно уладить, разбирался Europe Insight.

Истоки конфликта

Конфликт между двумя религиозными организациями ведет свою историю чуть ли не с самого провозглашения независимости Украины. Изначально имущественные споры между церквями решались преимущественно мирно. По мнению директора украинского Агентства стратегических исследований Дмитрия Панько, «надо понимать, что в Западной Украине еще в 1990-х очень часто складывалась ситуация, когда православная община переходила в Киевский патриархат, а сам священник оставался в Московском патриархате. Естественно, прихожане приглашали нового пастыря из УПЦ КП служить в своем храме, а УПЦ МП заявляла о “захвате”». Эксперт убежден, что «раньше не было никакой целенаправленной политики ни власти, ни Киевского патриархата на “захват” храмов. Это была “инициатива на местах” самих же прихожан».

Вместе с тем уже в начале 1990-х гг. украинские радикальные националисты начали проявлять политический интерес к межконфессиональному конфликту. В 1992 г. представители УНА-УНСО блокировали доступ во Владимирский собор лояльных священнослужителей УПЦ МП. На местном уровне радикалы периодически оказывали поддержку УПЦ КП в Западной Украине.

Дальнейший характер межцерковных отношений был напрямую обусловлен политическими процессами на Украине. В ходе президентских избирательных кампаний 2004 и 2010 гг. церкви занимали разные позиции. В поддержку кандидата в президенты Виктора Януковича последовательно выступала УПЦ МП. УПЦ КП в 2004 г. поддерживала Виктора Ющенко, а в 2010 г. – Юлию Тимошенко.

Чрезмерная политизация духовной сферы бросила тень и на духовную жизнь, в которой проявилась разобщенность украинского общества в мировоззренческих и внешнеполитических ориентирах. УПЦ КП стала восприниматься как церковь – сторонница строительства Украинского государства-нации и его евроатлантического пути развития. УПЦ МП до последнего времени ассоциировалась с условно «пророссийскими» политическими силами (Партия регионов, Прогрессивная социалистическая партия, Коммунистическая партия, «Держава» и др.).

За годы независимости УПЦ МП чрезвычайно укрепила свои позиции. «Московский патриархат, — считает Дмитрий Панько – всегда был привилегированной конфессией (если не считать период правления Виктора Ющенко). Нередко его храмы строились за счет государства или местных бюджетов».

К 2014 г. поддержку церкви оказывала целая когорта крупнейших украинских олигархов и политиков: Вадим Новинский, Виктор Нусенкис, Виктор Янукович, Владимир Литвин, Виктор Медведчук, Александр Мороз и даже нынешний президент Украины Петр Порошенко. Последний, по данным издания «Український Тиждень», «неоднократно предоставлял ей (УПЦ МП – прим.) финансовую помощь, за которую даже был “удостоен похвалы” известного своей украинофобской позицией епископа Вышгородского и настоятеля Киево-Печерской лавры Павла».

Эскалация

Ситуация резко изменилась в ходе «Евромайдана». МП не поддержал протесты в отличие от КП, который открыл для активистов ворота Михайловского монастыря.

Позиция УПЦ МП отпугнула от нее часть симпатизирующих ей олигархов. Кроме того, по мнению историка УПЦ МП Сергея Филипчука, начало проблем с протестующими было прямо обусловлено самоустранением Виктора Януковича и «семьи» от церковных дел в связи с необходимостью решать текущие политические проблемы. «Кризис доверия и управления в ближайшем окружении президента привел к тому, что церковный вопрос стал для Януковича вторичным, и Московский патриархат лишился его поддержки и защиты», — отметил эксперт в беседе с Europe Insight.

Буквально сразу же после бегства Виктора Януковича (22 февраля 2014 г.) и прихода к власти на Украине проевропейской коалиции УПЦ МП подверглась атакам со стороны украинских радикалов. 25 февраля группа служителей УПЦ КП в сопровождении активистов местного «Евромайдана» попыталась захватить Сумское епархиальное управление МП. Поводом стало то, что в подконтрольном управлению Спасо-Преображенском кафедральном соборе якобы не проводились службы в память о погибших на Майдане.

Одновременно с нападением на храм в Сумах, в столице Украины состоялась встреча одного из лидеров новой власти, спикера Верховной рады Александра Турчинова с представителями основных конфессий. В ходе мероприятия представителям разных конфессий пришлось публично осудить действия режима Виктора Януковича, направленные против «Евромайдана».

Новая власть попыталась использовать легитимность церкви для предотвращения раскола страны. Именно церковь как институт, пользующийся наибольшим уровнем общественного доверия, могла оказать должное воздействие на граждан Украины с целью убедить их не восставать против киевских властей и последовать по избранному ими политическому курсу.

Между тем ту встречу можно считать поворотным моментом, когда от религиозных организаций прямо потребовали даже не нейтралитета, а публичной поддержки новой власти. В дальнейшем именно ярко выраженные политические критерии станут главными для оценки деятельности приходов.

На встрече с Турчиновым впервые проявила себя новая стратегия УПЦ МП в отношениях с властью. Ее условно можно обозначить как «лояльность в обмен на безопасность». По словам управляющего делами УПЦ МП митрополита Бориспольского Антония, нынешний глава церкви митрополит Онуфрий осудил «страшные события», случившиеся на Майдане (фактически поддержав новый официальный курс) и высказал просьбу к властям «сделать все возможное для недопустимости захвата храмов» Московского патриархата на Украине. Однако, несмотря на обещания Турчинова «не допустить эскалации межконфессиональных отношений», атаки на храмы УПЦ МП при попустительстве местной власти продолжились.

С февраля 2014 г. по настоящее время объектами агрессии со стороны украинских праворадикалов стали приходы УПЦ МП в Хмельницкой, Тернопольской, Черкасской, Черновицкой, Киевской, Волынской и Ровненской областях. По данным РПЦ, озвученным патриархом Кириллом на встрече предстоятелей православных церквей в Шамбези (Швейцария), на Украине захвачено уже более 30 храмов. «Еще не менее десяти находятся под угрозой нападения раскольников и националистов», — заявил патриарх.

В 2015 г. наиболее масштабные столкновения с захватами храмов УПЦ МП, произошли в селах Куты, Залухов, Башуках. Нападения на храмы сопровождались актами насилия по отношению к священнослужителям и мирным гражданам.

Особое место занимают события в селах Катериновка и Птича, где против прихожан выступили украинские силовики. В Катериновке 21 сентября на стороне УПЦ КП и активистов «Правого сектора» были военнослужащие из батальона «Тернополь-2», которые активно применяли против верующих различные спецсредства.

В ходе столкновений пострадало по различным данным от 20 до 35 человек. Среди них — учащиеся Почаевской духовной семинарии, пытавшиеся защитить храм. Вот, как они описывают случившееся:

18 декабря сторонники МП были атакованы в населенном пункте Птича Ровенской епархии. Еще в сентябре решением хозяйственного суда Киева храм в селе был признан собственностью УПЦ МП. Однако попытавшиеся вернуться в него верующие были с применением физического насилия остановлены представителями УПЦ КП и сторонниками «Правого сектора» при попустительстве полиции.

Позиции сторон

Линия УПЦ МП сводится к обвинению в захвате храмов в Западной Украине сторонников Киевского патриархата и активистов «Правого сектора». Как говорится в сообщении Синодального информационно-просветительского отдела церкви, схема всегда примерно одинакова: «Сначала в селе разворачивают активную пропаганду. Деятели “Правого сектора”, неизвестные активисты, священники “УПЦ КП” раздают брошюры и листовки о том, насколько плохой и непатриотичной является УПЦ. О священниках распространяют ложь о том, что они якобы отказываются исповедовать или отпевать погибших бойцов АТО, что они не хотят украиноязычного богослужения, это вообще “русская церковь” и тому подобный вздор. Затем определенные активисты инициируют своего рода “референдум”… По результатам “референдума” объявляют собрание сельской общины, которое выдают за собрание религиозного центра…. Тогда на всю страну громко сообщают, что еще одна община “решила изменить юрисдикцию”. Это классическая рейдерская схема».

Диаметрально противоположное восприятие происходящего у УПЦ КП. По мнению главы информационного управления церкви архиепископа Евстратия (Зори), заявления Московского патриархата – «часть пропагандистской кампании, которая осуществляется последние годы против Украины, является элементом информационной и военной агрессии против нашего государства. Те силы, которые стоят за развязыванием агрессии против Украины, ищут и в религиозных вопросах повод для вмешательства в украинские дела». Комментируя Europe Insight случаи захвата храмов УПЦ МП, архиепископ заявил, что «речь не о захвате каком-то, не о конфликте между Киевским и Московским патриархатом. Речь о том, что внутри общины Московского патриархата происходит разделение».

«Правый сектор» проигнорировал нашу просьбу прокомментировать участие активистов организации в конфликте. Однако на своем официальном сайте украинские радикалы заявляют, что помогают «православным общинам переходить в украинскую церковь». «Наше движение в настоящее время сосредоточено на нейтрализации инструментов влияния Кремля, действующих среди украинского народа. Один из таких – попы Московского Патриархата. Православные украинцы приходят в церковь для получения Святых Таинств, молитвы; а взамен их обрабатывают пропагандой против Украины», — говорится в сообщении.

Что делать

По мнению экспертов, с которыми пообщался Europe Insight, ситуация, сложившаяся вокруг храмов УПЦ МП в Западной Украине, представляет собой серьезный политический кризис. Однако они расходятся во мнении, почему это происходит и какова роль Московского патриархата.

Директор Агентства стратегических исследований Дмитрий Панько полагает, что, «несмотря на все старания, УПЦ Московского патриархата так и остается “российской церковью”». Адвокат Андрей Зубко считает, что именно из-за «патриаршего лобби» в Верховной раде не могут быть законодательно урегулированы вопросы юрисдикции религиозной общины.

В свою очередь, киевский политолог Евгений Луняк уверен, что главная проблема Московского патриархата как раз в отсутствии ясной политической позиции. «Поначалу, после “Революции достоинства”, УПЦ МП заявила о нейтралитете и невмешательстве в политику. Но в Донбассе они открыто поддерживают боевиков, а в Украине – АТО. Непоследовательность говорит о политической слабости лидеров этой религиозной организации. А слабый – всегда будет жертвой агрессии, нападок, отжимов особенно со стороны радикалов», — считает эксперт.

В интервью Europe Insight эксперты предложили несколько вариантов касательно разрешения всех споров между религиозными общинами. «До тех пор, пока не будут приняты соответствующие акты (касающиеся перехода общины под новую юрисдикцию – прим.), нельзя ожидать прекращения конфликтов», — уверен Андрей Зубко.

С ним согласен Сергей Филипчук. «Ни одна политическая партия не сделала ничего, чтобы загасить конфликт. Потому что эта борьба – тема для политических спекуляций для поднятия рейтинга. В фокусе досрочных парламентских выборов тема (захвата храмов – прим.) может быть использована “Правым сектором” и “Оппозиционным блоком”. Это укрепит их позиции в центре и на западе (Украины – прим.)», – заявил эксперт.

Для преодоления сложившейся ситуации необходимо наладить прямую коммуникацию между церквями. «Сегодня мы просто видим нехватку какого-либо диалога», — полагает руководитель Программы поддержки демократических процессов Украинского независимого центра политических исследований Юлия Тищенко.

Другие материалы

Комментарии к статье

Бизнес в другой стране